[12.10.2015] Архиепископ Марк (Арндт): «Мы должны бояться только одного – потерять общение с Богом»

         

Архиепископ Берлинский и Германский Марк (Арндт) о том, почему родители отказываются водить детей на уроки Закона Божиего, а священнослужители – выступать против содомии, будет ли Европа мусульманской и что такое свобода.

Сметет ли Европу мусульманское нашествие?

Владыка, сегодня тема № 1 – ИГ, международный терроризм, события на Ближнем Востоке, которые обернулись и большими проблемами для Европы. Каково ваше мнение о том, что происходит сейчас?

– Я могу, глядя «со своей колокольни», сказать так: американцам удалось разрушить Европу. Сначала они разрушили мир на Ближнем Востоке, и теперь, как следствие этого, разрушается Европа, которую затопило море беженцев. Конечно, этих людей надо жалеть, однако не стоит забывать, что они с собой приносят ислам. Через несколько лет у нас будет больше мечетей, чем церквей, и Европа просто исчезнет.

Это не первая попытка проникновения мусульман в Европу: несколько столетий назад турки хотели завоевать ее, но им это не удалось, их отбили. Теперь мусульмане идут другим путем, и чем это кончится, трудно сказать, но во всяком случае – это огромная опасность.

Конечно, на Ближнем Востоке люди жили не в идеальных условиях, и вражда между исповедующими разные течения ислама – шиитами, суннитами – всегда существовала, но тамошние диктаторы умели это противостояние сдерживать. Правда, меры применялись не такие, какие я мог бы принять. Но мир был, хотя он и строился на страхе людей. Теперь мира нет, и люди бегут.

А христиан на Ближнем Востоке вообще фактически уже нет. В Святой Земле это давно началось, там два жернова – евреи и мусульмане – между собой растирали христиан, и теперь в Калифорнии более многочисленные и крепкие палестинские православные приходы, чем в самой Палестине. На всем остальном Ближнем Востоке сейчас уже полный исход, а ведь это области, которые 2000 лет были населены христианами и где до сих пор христиане и мусульмане жили спокойно. Это разрушено. И последствия могут быть весьма печальными.

А что можем делать мы? Молиться. И не сдавать своих позиций.

Вы сказали о беженцах, которые сейчас буквально накрывают Европу исламом. Но в Россию приезжает тоже очень много мусульман из бывших советских республик Средней Азии. В Москве их уже сотни тысяч. А в целом в России проживает более 20 миллионов человек, исповедующих ислам. При этом православная цивилизация, христианские корни, традиции в нашем государстве всё-таки преобладают – так сложилось исторически. Почему в Европе иначе? Справится она с этим кризисом?

– С моей точки зрения, в России в советское время веру потеряли как христиане, так и мусульмане. И те и другие были непрактикующими, хотя и считали себя приверженцами своей религии. Сейчас вера возвращается, христиане ожили – правда, в небольшой мере; мусульмане – тоже, причем они становятся сразу, насколько можно судить, довольно фанатичными.

У России есть опыт мирного соседства христиан и мусульман. Заметьте: в царской армии служили все вместе – это даже по русским солдатским кладбищам времен Первой мировой на Западе видно. И хотя этот опыт был прерван советской системой, но в подсознании людей он присутствует. В Европе такого опыта нет. Мусульман до последнего времени в Европе было немного; они жили несколько обособленно, по своим традициям. Теперь их становится всё больше, и равновесие оказывается под вопросом.

И проблема даже не в том, что мусульмане будут численно преобладать, а в том, что Запад, хотя и имеет христианские корни, но забыл о них, не опирается на них, ими не живет. Хотя в Германии, например, в ежедневной жизни гораздо больше христианского осталось, чем в нынешней России. У нас второй день Рождества, второй день Пасхи, Троица – выходные дни, много религиозных праздников, которые тоже нерабочие дни, как, например, западное Успение Богородицы. И за это нас сейчас Европа даже упрекает – кстати, объединение Европы тоже внесло секулярный элемент в жизнь, и европейские власти хотят отменить многие из христианских праздников, соблюдаемых в Германии по сей день. Но люди собственно христианскими традициями не живут, для них все эти религиозные праздники просто еще несколько свободных дней, в которые можно куда-то поехать отдохнуть. В России всё же в сознании людей сохранилось многое. Поэтому, я думаю, Запад погибнет довольно быстро под цунами мусульман.

Неужели у европейской цивилизации нет никакой возможности, никаких сил противостоять этому?

– Я думаю, что очень мало.

Почему?

– Вот только один пример. Мы, все Православные Церкви, в Германии уже давно получили право преподавать Закон Божий в школах. В Баварии он преподается – я называю приблизительные цифры, не помню точных – в 30–40 школах. Мусульмане получили это право два года назад, и они преподают ислам в 400 школах.

Вот это статистика!

– За два года! А наша Русская Церковь имела это право еще с 1960-х годов. Греки получили его лет 20–25 назад. Оно теперь у всех есть. Приведу еще пример. В одном городе где-то на севере Германии живет 5 тысяч православных, в основном это, кажется, антиохийцы. В этом городе от силы смогли составить один класс с 15 учениками, чтобы преподавать Закон Божий. Родители других детей не захотели. Знаете почему? Потому что надо вести детей еще раз в школу после обеда. Вот так тщетными оказываются все наши старания. И это православные, а о других христианах вообще говорить не приходится. Это люди, которые просто растворяются в комфорте. Неудобно ехать в школу еще раз после обеда! Раз в неделю! Действительно, зачем? Дети должны ходить на танцы, развивать свою индивидуальность. А Закон Божий зачем?

Так что это большая проблема, как всё образуется. Бог знает – а наше дело бороться за то, чтобы мы остались православными.


Легко ли быть православным на Западе?

Известна история, как весной приходу равноапостольного князя Владимира в берлинском районе Марцан-Хеллерсдорф угрожали ультраправые экстремисты, даже было подложено взрывное устройство в почтовый ящик. Насколько характерны такие случаи и настроения? Трудно ли сегодня быть православным христианином в Германии и в Европе в целом?

– Проблема или не проблема – быть православным в Европе и быть христианином в Европе? В целом, казалось бы, это не проблема: нас поддерживает государство, причем значительно поддерживает.

Естественно, может быть у кого-то личное неприятие православных христиан. Может быть какое-то противостояние в маленьких сообществах. Например, в школе. Тут ребенок должен отстаивать свою веру.

Что же касается инцидента, о котором вы упомянули, то надо учесть вот какой момент: он произошел в Восточном Берлине. Там много безработных, которые завидуют этим новым беженцам, потому что им дают много всяких льгот, а немецкая молодежь сидит без работы – вот она и огрызается. Надо учесть еще и то, что в Восточной Германии, в отличие от России, за время коммунистического режима было крещено всего лишь два или три процента населения. Меня эта статистика, надо сказать, поразила. А причина, как мне видится, вот в чем: немцы очень пунктуальны, всё исполняют точно. Было сказано: «Не надо детей носить в церковь», так они и не носили. Тут, конечно, своя, особая почва. И это создает всё-таки некоторое напряжение, при котором быть христианином в Восточной Германии не так просто.

Кстати, к христианам здесь стали несколько по-иному относиться только под самый конец существования коммунистической власти. Ведь именно Протестантская церковь начала выступать против этой власти, так что в политическом отношении христиане в почете, и это немного уравновесило отношение к ним, хотя сложности остаются.

А если говорить об административно-юридической стороне, то в Германии православные пользуются всеми правами наравне с другими.

На Западе сейчас права и свободы человека возведены в настоящий культ…

– А защита чьих-то прав доходит иногда до абсурда. Вот пример. В Великобританской епархии был русский священник из России, и ему нужно было вернуться на родину, чтобы сделать постоянную визу. Мы получили отказ! По какой причине? В анкетах, которые мы должны были заполнить, был такой вопрос: «Нет ли другого человека в Англии, который бы мог заполнить эту вакансию?», при этом из других пунктов было ясно: мы не имеем права написать, что это должен быть мужчина, – потому что это будет расценено как ущемление прав женщин. Священнику визу не дали, мне пришлось вызывать другого – из прибалтийской страны, которая член Евросоюза.

Но ведь всем понятно, что человек, чем-то занимающийся, должен быть профессионалом своего дела, должен иметь соответствующее образование. Даже мясник, к примеру, должен быть подготовлен к своей работе. Это признаётся. А что священник должен иметь полное соответствующее образование и священник Русской Церкви такое может получить только в России, это можно не признавать. Ну какое православное образование можно найти в Англии?!

Закономерно возникающая тема, когда речь заходит о правах на Западе, где давно уже не только снисходительно относятся к греху, но и объявляют его нормой, – права содомитов. Вот недавно президент США заявил, что права сексуальных меньшинств намного важнее религиозной свободы.

– Это самая большая угроза сегодня. Самая большая! Ведь меньшинство диктует всему обществу, что считать злом, а что не считать, навязывает ему свои представления! И мы все находимся под огромным давлением. Я пока высказываюсь откровенно на эту тему, я говорю в своей проповеди то, что хочу сказать и как хочу сказать. Но я знаю, что многие уже закрывают глаза на грех, потому что боятся преследований.

Я пользуюсь той свободой, которая у меня есть. Но многие из моих собратьев не чувствуют своей свободы. Давление, оказываемое извне, имеет успех. Люди уже не готовы отстаивать свои позиции. Это страшно! И это дух времени. Везде так, не только в Германии.

Это можно, наверное, назвать современными гонениями на христиан. Как жить в этой ситуации верующим?

– Нам нужно идти тем путем, который мы считаем правильным, быть готовыми на мученичество.

И, знаете, я в жизни не видел такого давления, какое идет сегодня по всем направлениям. Вот, например, сексуальное обучение в школе. Это дико, просто дико! И дети, кстати, в основном не понимают ничего из того, что им учителя говорят, думают, что учителя какие-то ненормальные. Пока не понимают. Но через 10–20 лет эти дети станут родителями и будут точно вот так же воспитывать уже своих детей, прививать им такие «ценности». Для этого всё и делается.

Если мать, как и отец, работает, то это уже гиблое дело. Потому что у нее остается мало времени на общение с ребенком. Если сами родители не знают, как воспитывать ребенка, – это гиблое дело. И вот тут большое поле деятельности для наших приходов. Нужно, чтобы на приходе создалась какая-то группа людей, которые могут в общении с такими вот родителями подсказывать им, как и что делать.

Были и такие, к примеру, случаи. Германия принимает русских евреев – не по признаку веры, а по происхождению, среди них есть и православные христиане. И вот какие-то люди это поняли и в общежитии, в котором все они живут, написали большое объявление: «Если кого-то еще увидят в православной церкви, его завтра же выставят из Германии». Наш священник взял это объявление и пошел с ним в государственное учреждение, но ему там сказали: «Это не наше дело». Я был в ужасе, когда услышал от одной прихожанки: «Я тайно пришла, никто не должен знать об этом». Люди боятся! Они не знают своих прав, своих возможностей в свободной стране. Они не привыкли. Поэтому нам надо их учить, как себя вести, надо проводить большую работу среди верующих, чтобы они знали свои обязанности перед Богом и свои права перед государством.

Владыка, вот вы говорили о свободе. А что такое свобода?

– На мой взгляд, свобода – это такие условия, в которых я могу служить Богу и не преклоняться ни перед каким кумиром. Все страсти – это кумиры. Человек очень быстро попадает в какую-то зависимость. Но особенно страшно, когда он преклоняется перед Ваалом.

В заключение скажите, пожалуйста, несколько слов напутствия нашим читателям: как не бояться быть христианином в наше очень непростое время, когда мир не только отворачивается от Христа, но становится всё более агрессивным к тем, кто сохраняет верность Спасителю?

– Мы должны бояться только одного – потерять общение с Богом. Бог не отступается от нас, но мы отступаемся от Него через грех и предательство. Поэтому для нас важно, чтобы мы жили в своей вере, жили в таинствах Церкви, знали бы свою веру. И это должна быть осознанная вера, а не просто глухое и слепое следование за кем-то, кто нас учит. Мы должны принять жизнь Церкви как основу нашей жизни. Мы должны быть готовыми идти на мученичество ради Христа.

С архиепископом Марком (Арндтом)
беседовал монах Рафаил (Попов)
Православие.ру