Поиск по сайту
Таинства
  • Крещение
  • Исповедь
  • Причастие
  • Венчание
  • Помощь
  • Информационно-консультационный центр по вопросам сектантства
  • Реабилитация наркозависимых
  • Епархиальный Центр защиты жизни и семейных ценностей во имя святителя Иоанна Шанхайского
  • Образование
  • Воскресная церковно-приходская школа
  • Занятия со взрослыми
  • Занятия с детьми от 3,5 до 8 лет
  • Занятия с детьми от 8 до 14 лет
  • Занятия православного молодёжного хора
  • Детский православный лагерь
  • On-line библиотека
  • Паломничество
  • Расписание паломнических поездок

  • Главная » Сектоведение » Новости » О "министерстве правды" американских сектозащитников, или ответ г-ну Мортону

    [29.07.2020] О "министерстве правды" американских сектозащитников, или ответ г-ну Мортону

             

    Говорят, что если к 99 процентам правды прибавить 1 процент лжи, то в результате получится 100 % ложь. В недавно опубликованном документе «Антикультовое движение и религиозное законодательство в России и в бывшем Советском Союзе» (The Anti-cult Movement and Religious Regulation in Russia and the Former Soviet Union)[1] изданном «Комиссией США по международной религиозной свободе» («United States Commission on International Religious Freedom», USCIRF )[2] крупицы правды настолько переплетены с ложью, что в результате получается едва ли не 200 процентная ложь. Автор сего опуса штатный аналитик Комиссии Джейсон Мортон (Jason Morton, Policy Analyst). Поскольку его статья была опубликована на официальной странице USCIRF, ее нужно воспринимать как выражение мнения самой Комиссии.

    Скандально известный бывший итальянский, а ныне литовский сектозащитник Массимо Интровинье на своем сайте «Bitter Winter»[3] тут же прорекламировал этот документ[4], попутно добавив к нему дополнительную дозу лжи[5]. Так что, в результате получилось 200-процентная ложь в квадрате. Но в качестве выводов из этой лжи размещены рекомендации правительству США, в которых, в числе нескольких прочих пунктов, его призывают публично осудить персонально мою деятельность (никогда не думал о себе как о настолько важной персоне) и оказать давление на правительство Российской Федерации, чтобы уволить меня и моих коллег «антикультистов» со всех занимаемых нами официальных должностей[6].

    Постольку поскольку не менее половина текста Мортона посвящена моей скромной персоне, постараюсь прокомментировать хотя бы некоторые из его утверждений, в которых говорится лично обо мне. Надеюсь, остальные его утверждения также не останутся без ответа от тех, кого он «анализирует».

    * * *

    Мортон не оригинален, когда безапелляционно утверждает, что «антикультовое движение <в России> существует благодаря поддержке РПЦ, правительства и заинтересованных граждан». К правде от этого относится только одна треть – «заинтересованные граждане». За все время существования нашего «Центра религиоведческих исследований» (с 1993 г.) мы не получали никакого субсидирования ни от Русской Православной Церкви и практически никакого – от правительства РФ[7]. Как в это ни трудно поверить стороннему наблюдателю, все 27 лет существования нашего Центра он живет без регулярного финансирования и выживает только благодаря помощи «заинтересованных граждан» и энтузиазму волонтеров. Ровно такая же ситуация с другими немногочисленными противосектантскими Центрами в нашей стране. Думается, г-ну Мортону это хорошо известно, иначе бы он привел хоть какие-то доказательства своего утверждения. Но их, разумеется, в его статье нет.

    Г-н Мортон написал, что в 1977 г. я «уехал из Советского Союза учиться в США». Наверняка он знает, что в те годы подобное было абсолютно невозможно, и что я по настоянию властей[8] эмигрировал из своей страны и был лишен советского гражданства. Смогу ли я учиться и вообще, как я буду жить в абсолютно неизвестном мне мире, где я не знал ни одного человека, я даже не подозревал. В противоположность утверждениям Мортона, все мое время в США я не занимался сектоведением, имел о сектах самое смутное представление (почерпнутое, по большей части из самых общих публикаций в американских СМИ, напр., в Нью-Йорк Таймс) и никогда не подозревал, что когда-либо буду профессионально заниматься сектами. Так что, и привезти весь тот набор идей, о чем пишет Мортон, из США в Россию я никак не мог.

    Об этом я писал во множестве публикаций (которые должны быть известными Мортону), равно как и о том, что я не вернулся, для «работы в Отделе религиозного образования РПЦ». Я просто вернулся в новую (после падения СССР), неизвестную мне страну, чтобы работать в ней и принести ей пользу. Как и в каком качестве это будет, я и представить себе не мог. Сектами я начал заниматься в 1992 г., почти «случайно» и больше всего меня подвигли к этому слезы и страдания людей, чьи близкие были завербованы в эти бесчеловечные тоталитарные организации. А учился основам сектоведения я вообще не в США, а в Дании, в Германии и Греции: у профессора Йоханнеса Огорда, у моего хорошего друга пастора Томаса Гандоу и человека с редким даром любви и сострадания – протопресвитера Антония Алевизополуса. Опять же с проф. Огордом я встретился, можно сказать, «случайно» (или «промыслительно») и запланировать заранее все эти встречи и такое развитие событий было, в принципе, невозможно.

    После этой встречи я долго изучал новый для меня предмет. Целая серия обучающих семинаров, дискуссий со специалистами, конференций, равно как и самостоятельного изучения сектантских, религиоведческих и других трудов по специальности, затем и пространные полевые исследования (в начале 90-х я еще не был медийной персоной и меня не знали в лицо) в России и за рубежом, встречи с пострадавшими и их родными, дискуссии и диспуты  с членами сект и руководителями дали мне те необходимые знания, которых я мог не получить в богословской академии и в университетской докторантуре по медиевистике. Возможно, эти знания шли вразрез с теми идеологизированными позициями,  на которых стоит г-н Мортон и уж, тем более итальяно-литовец Интровинье (если допустить, что у него вообще есть какая-то идеология), но это не никак их не отменяет, что пытается сделать г-н Мортон, априорно утверждающий, что мне не хватает «религиоведческой, психологической и социологической квалификации» в «изучении НРД». Я вырос в СССР и хорошо знаю, как бывает, когда приверженцы господствующей идеологии объявляют целую научную школу «антинаучной» и начинают ее травить. Вначале травля, потом увольнения с работы, потом посадки в тюрьмы, и, наконец, расстрелы. Так что USCIRF встала на вполне проторенный путь.

    * * *

    Вот, например, типичный прием манипуляции автора доклада. Мортон утверждает, что мое сравнение «Свидетелей Иеговы» с коммерческим культом, получающим сверхприбыли от монопольной торговли своей печатной и мультимедийной продукцией (докажите, что это не так!) ставит меня в позицию инквизитора («отсюда лишь маленький шажок до нее»), «вмешивающегося» (очевидно, на пару с силовыми ведомствами) в случае обнаружения ереси. Возможно Мортону очень хочется сделать этот «маленький шажок», но я никак не вижу, где и как я когда-либо его делал, равно как я и не вижу, как это мое высказывание может стать платформой для подобных необоснованно диких фантазий.

    В давнем споре светского и религиозного крыла противосектантского движения «Creeds, not deeds» или «Deeds, not creeds»[9] я считаю ущербными обе позиции и придерживаюсь мнения моего учителя проф. Йоханнеса Огорда «Deeds through creeds» – то есть сектантские действия можно наиболее полно понять в первую очередь через осмысление их доктрин и идеологии. Да, я критикую доктрины различных сект, но Religionskritikk является неотъемлемой частью свободы веры. Безусловно, у меня есть мои собственные религиозные убеждения и конечно они формируют мою картину мира и мою научную методологию, но при чем тут инквизиция?

    На самом деле, г-н Мортон, используя подобные «загруженные термины» занимается той самой манипуляцией, в которой он предусмотрительно обвиняет меня. Итак, фактов не было, поводов для них не было, но в сознании читателя остается связка «Дворкин – инквизитор».

    ***

    Я, действительно, считал «горбачевский» закон о свободе совести неадекватным для России и выступал за принятие нового закона. Только все же главным доводом для его принятия послужили не мои статьи и выступления (напомню, что я никогда не занимал никаких государственных должностей и после 1997 г. не работал в структуре Русской Православной Церкви), а действия самих сект, в частности, газовая атака «Аум Синрикё» (процветавшей в России при старом законе) в Токийском метро.

    Я не знаю, каким образом «приход к власти Владимира Путина <в 2000 г.> усилил влияние Дворкина», ибо я как не занимал государственных должностей до этого события, так и продолжаю оставаться сугубо частным лицом. Я не вхожу ни в одну президентскую комиссию, и все программы, в том числе и о «духовной безопасности» разрабатывались без моего участия. Моего совета тоже никто не спрашивал. Если спросили бы, то эта программа, точно была бы другой.

    Мне, конечно, интересно было прочитать о дальнейшем «значительном росте моего влияния» в конце нулевых годов. Если бы это осталось оценочным суждением автора, то я мог бы посетовать на то, что его кто-то дезинформировал. Но в следующей фразе содержится очевидная ложь.

    «В 2009 г. он <Дворкин> был назначен председателем правительственного Совета экспертов, задачей которого является мониторинг религиозной деятельности и одобрение религиозной регистрации. Дополненный закон от 18 февраля 2009 г. расширил сферу влияния Совета, предоставив ему власть над деятельностью, структурой и религиозным содержанием <?> зарегистрированной религиозной организации, равно как и надзор над процессом регистрации». Звучит мощно. А как на самом деле?

    Итак, «Экспертный совет при Министерстве юстиции <не «правительственный», каковым его обозначил Мортон> по проведению государственной религиоведческой экспертизы», куда я был избран (не назначен) председателем в 2009 г.[10] по факту является волонтерским собранием. Ни один из его членов не является госслужащим, и работа в Совете Минюстом не оплачивается. Собирается он только по просьбе Минюста и только (за одним предусмотренным исключением[11]) в тех случаях, когда при регистрации новой организации, заявляющей себя религиозной, сотрудники Минюста (не обладающие религиоведческой квалификацией) не могут определить, действительно ли она религиозная и соответствуют ли сведения, которые она сообщает о себе действительности. Именно на эти два вопроса и поручается ответить членам Совета. Мнение Совета носит рекомендательный характер и Минюст может его не учитывать при вынесении окончательного решения о регистрации в качестве религиозной организации или отказе в ней. За 11 лет работы Совета мы экспертировали не менее 40 организаций (мусульманских, буддийских, евангелических, иудейских, караимских и т. д.). Насколько я помню, мы ответили негативно на оба вопроса лишь в единственном случае – когда мы рассматривали одну неоязыческую организацию. Во всех остальных случаях на оба вопроса был дан положительный ответ.

    Все эти сведения находятся в открытых источниках (например, на сайте Минюста), и Джейсон Мортон легко мог с ними ознакомиться. Почему он этого не сделал и написал откровенную ложь? Тут напрашивается один из двух выводов: либо штатный аналитик Мортон не удосужился ничего узнать о предмете своего исследования, либо он откровенно лжет. В первом случае, он проявляет служебную некомпетентность, во втором – показывает, что идеологические установки его работодателя для него дороже истины.

    * * *

    Вот еще один пример, как Мортон «изящно» искажает факты. Лекция «Тоталитарные секты как угроза национальной безопасности» была прочитана мною перед сотрудниками Центра по противодействию экстремизму в г. Новосибирске в 2010 г.[12] На лекции в порядке вольнослушателей присутствовали несколько курсантов новосибирского института ФСБ России. И это была одна лекция из не менее пятнадцати других в ходе четырех дней напряженной работы с самыми разными аудиториями в Новосибирске. Мортон же утверждает, что это была некая особая лекция «в институте ФСБ России», не уточняя ни города, ни то, что лекция читалась в другом месте и для сотрудников другого ведомства.

    Далее он пишет о «законе Яровой». Но моя фамилия – не Яровая. С депутатом Госдумы Ириной Яровой я не знаком, когда она разрабатывала свой законопроект (как бы к нему не относиться) моего мнения она не спрашивала, со мной не советовалась. Простите, но при чем тут Дворкин?

    В равной степени я не имею никакого отношения к суду над «Свидетелями Иеговы» в 2017 г. Все протоколы доступны, любой желающий может проверить: меня на этот суд не вызывали, на мои статьи и книги не ссылались, даже физически в зале суда я не присутствовал. Г-н Мортон отметил, что я приветствовал решение суда по запрету тоталитарной и жестокой секты «Свидетели Иеговы», грубо нарушающей права адептов, но почему-то забыл написать, что я резко выступал (и выступаю) против арестов и тюремных сроков рядовым иеговистам, о чем опубликовал несколько материалов и призывов к российским властям. Если Мортон мониторил российские публикации на эту тему (или хотя бы заглядывал на мой сайт, который он упоминает в своем материале), он не мог этих моих статей не заметить.

    ***

    Далее г-н Мортон вспомнил Пракаша Кумара, которого он называет Гуру Джи, обвиняя меня в интенсивной кампании по травле бедного индуса. На самом деле история такова. Пракаш Кумар – недоучившийся студент-медик – поселился в Подмосковье, где создал свою секту псевдоиндуистского толка. Да, г-н Мортон – именно, что псевдоиндуистского, ибо у Пракаша нет никакой парампары (преемственности от других гуру), а себя он объявляет в числе прочего, реинкарнацией св. Сергия Радонежского, равно как и нескольких других православных святых. Не знаю, есть ли у г-на Мортона религиоведческое образование, но, надеюсь, и он может догадаться, что такой «индуизм», мягко говоря, немного необычен. Лет шесть назад несколько бывших адептов г-на Пракаша, значительно пострадавших от него[13], открыли тему на нашем Форуме (не на сайте), где делились своим опытом пребывания в секте. Узнав об этом, Пракаш вместо того, чтобы попытаться решить вопрос с обиженными и обобранными им людьми, договориться, возместить ущерб, ну, или хотя бы извиниться, подал в суд на меня, требуя 20 миллионов рублей за ущерб своей репутации. На нашем Форуме тысячи страниц и, к сожалению, до получения искового заявления, я пропускал мимо внимания тему о Пракаше и ничего про него не знал. Теперь пришлось изучить эту тему, а заодно и рассказать журналистам про подавшую на меня в суд секту. Процесс Пракаш проиграл, но из-за этого суда, да и журналистских репортажей об этом процессе, полиция им заинтересовалась и, насколько я знаю из открытых источников, подозревает его в серьезных финансовых нарушениях. Так что, если Пракашу есть кого винить во внимании правоохранителей к своей персоне – так это только самого себя. Сидел бы тихо, не знал бы лиха.

    Но если говорить об «интенсивной кампании травли», то ею занимается сам Пракаш в отношении меня. Это и проплаченные статьи в СМИ (русских и иностранных) с клеветой на меня, и организованные совместно с сайентологами мероприятия на полях конференций в здании ООН в Женеве (посвященные моей скромной персоне) и демонстрации в Индии с публичным сжиганием моего чучела и статьи, вроде этой, написанной г-ном Мортоном, с таким количеством неправды обо мне и моей деятельности, что это заставляет подозревать финансовую заинтересованность. Пока, насколько мне известно, Пракаш щедро платил каждому, кого он вовлекал в «интенсивную кампанию травли», направленную против меня. Может, он оформил пожертвование и в USCIRF? Или лично заплатил гонорар Джейсону Мортону?

    Я не буду отвечать на другие обвинения г-на Мортона, как касающиеся FECRIS, так и тех, в которых он говорит о других постсоветских странах и их законодательствах. Думаю, они вполне могут ответить за себя, если сочтут это нужным.

    * * *

    В заключение можно отметить, что Мортон (и USCIRF вместе с ним) очевидно предпочитает не замечать те реальные нарушения прав человека, которые происходят в «НРД», равно как и категорически отказывает государствам в праве как-либо регулировать их деятельность, а традиционным религиозным организациям – в праве их критиковать. Я уже не говорю про оглушительное молчание во всех публикациях USCIRF о вопиющих нарушениях прав верующих в США. Особенно это касается адептов тоталитарных сект, и тех людей, которые из них все-таки выходят, оставшись ни с чем и не имея реальной возможность судиться с богатыми и влиятельными организациями. Помогла ли хоть раз USCIRF или любая другая подобная ей организация таким людям? Вопрос риторический. На это не было политического заказа. А, как известно, кто платит, тот и заказывает музыку.

    Рекомендации Мортона, сводящиеся к тому, чтобы заставить замолчать меня, других борцов с сектами, а также  наложить запрет на высказывание своего мнения по вопросу сект на целый ряд общественных и религиозных организаций – на самом деле является самой настоящей «охотой на ведьм». Иными словами по мнению Мортона и его организации, любое «НРД» может вытворять все, что оно хочет, но если кто-то другой, будь то я, или какая-либо противосектантская общественная, или традиционная религиозная организация выражает критическое мнение о вероучении или делах «НРД», то это само по себе уже криминально. А отсюда – уже совсем маленький шажок до сталинских чисток.

    Довольно странно, что организации, первоначально созданные для защиты гонимых христиан в разных частях мира (и весьма мало преуспевшие в этой задаче) быстро переквалифицировались в сектозащитные лоббистские структуры, вмешивающиеся во внутренние дела тех стран, в которых не проводится никаких гонений на веру и даже требующие публичного осуждения и увольнения с занимаемых должностей людей[14], которые придерживаются иных мнений, чем они.

    Мы видим, что слова Джорджа Оруэлла остаются справедливыми, как никогда:

    «В массе своей люди слабы и трусливы, не готовы к свободе и боятся правды, а значит, надо, чтобы кто-то сильный управлял ими и обманывал их».

    «Война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила».

    Не так ли, господин Мортон?

    Александр Дворкин
    Iriney.ru

    [1] https://www.uscirf.gov/sites/default/files/2020%20Anti-Cult%20Update%20-%20Religious%20Regulation%20in%20Russia.pdf

    [2] Организация USCIRF позиционирует себя как самостоятельную, двухпартийную правительственную структуру, основанную Конгрессом США для постоянного мониторинга над соблюдением свободы вероисповедания на территории других стран, а ее сотрудниками ежегодно готовится отчет с рекомендациями президенту, госсекретарю и Конгрессу США. Руководители USCIRF назначаются президентом США и утверждаются лидерами Конгресса.

    [3] Сайт, и журнал с очень серьезным финансированием из неизвестных источников, созданные специально для агрессивной пиар кампании китайских деструктивных сект «Церковь всемогущего Бога» и «Фалуньгун».

    [4] https://bitterwinter.org/uscirf-exposes-who-support-ccp-campaigns/

    [5] Думаю, специально опровергать матерого сектозащитника Интровинье я не буду: много чести для него. О качестве его текста достаточно сказать и то, что он, как об очевидном факте пишет о моих многочисленных поездках в Гонконг, где я ни разу не был, а также приписывает мне те темы докладов в Китае, которые я никогда не читал.

    [6] О всех моих официальных должностях см. ниже.

    [7] Исключение – это три года (из 27лет существования Центра), когда мы получали небольшие президентские гранты на просветительские программы, которые мы выигрывали наряду с прочими НКО. Кстати сказать, все эти три года, уверен, небезызвестная г-ну Мортону и всему USCIRF сектозащитная организация «Славянский правовой центр» (филиал «Американского правового центра») получала такие же, а то и гораздо большие гранты из того же источника.

    [8] За участие в движении хиппи.

    [9] «Вера – не деяния» или «Деяния – не вера», то есть критиковать секты за искажения в их вере и убеждениях в первую очередь, оставляя их действия за рамками внимания, или только за их действия, оставляя их веру и убеждения в стороне.

    [10] С 2014 г. Совет был переформирован и теперь я являюсь в нем заместителем председателя.

    [11] В случае, если выявляется, что деятельность зарегистрированной религиозной организации не соответствует ее заявленному уставу, Минюст может собрать Совет и попросить его провести повторную экспертизу. Однако, за 11 лет существования Совета он по этому поводу ни разу не собирался.

    [12] http://www.sektoved.ru/news.php?art_id=719

    [13] Они говорили о крупных финансовых поборах, физической и сексуальной эксплуатации, травле, побоях, а также многих других злоупотреблениях, и нарушениях прав человека в секте Пракаша.

    [14] Хотя, требование уволить меня с занимаемых официальных должностей смешно, ибо я, как и писал выше, никакой официальной должности никогда не занимал.

     

    Календарь

    Последние новости
    19.09.2020 Победа Христа. Размышления над чудом в Хонех
    19.09.2020 Николай Романов как профессиональный предатель
    18.09.2020 Головин: зубы на полку
    17.09.2020 Протоиерей Александр Новопашин рассказал силовикам о некрокоммунистах
    16.09.2020 В квартире у монаха из Непала, который прикрывался Далай-ламой, нашли гашиш и голых женщин
    16.09.2020 Благодарственное письмо из Тулы
    15.09.2020 В Новосибирске проходит Кубок имени великомученика Георгия Победоносца по хоккею с шайбой
    15.09.2020 Романовцы. Крестный бег с препятствиями

    Тайна ложных учений