Поиск по сайту
Таинства
  • Крещение
  • Исповедь
  • Причастие
  • Венчание
  • Помощь
  • Информационно-консультационный центр по вопросам сектантства
  • Реабилитация наркозависимых
  • Епархиальный Центр защиты жизни и семейных ценностей во имя святителя Иоанна Шанхайского
  • Образование
  • Воскресная церковно-приходская школа
  • Занятия со взрослыми
  • Занятия с детьми от 3,5 до 8 лет
  • Занятия с детьми от 8 до 14 лет
  • Занятия православного молодёжного хора
  • Детский православный лагерь
  • On-line библиотека
  • Паломничество
  • Расписание паломнических поездок

  • Главная » Новости » Святоотеческое зеркало

    [13.12.2012] Святоотеческое зеркало

             

    Я не очень часто захожу в светские книжные магазины. Но все же захожу. И какой бы необходимостью или же просто интересом ни было это вызвано, каждый раз удивляюсь: что за макулатура стоит на стеллаже (или лежит на столике) с самыми ходовыми изданиями? Самое ходовое — самое «раскрученное», а по содержанию — самое острое, самое «жареное» и нередко — самое примитивное. Читать классику, тем более русскую, не то чтобы немодно, это вроде бы даже как-то чудно сегодня. До того чудно, что любящие ее представляются окружающим чудаками… А я, размышляя об этом, думаю о другом: не выглядят ли в наши дни такими же чудаками в глазах своих братьев и сестер верующие люди, излюбленное чтение которых — святые отцы?

    Святоотеческое наследие — чтение в современной церковной среде не самое распространенное. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно сравнить тиражи отеческих книг и всевозможных «Урожай растим с молитвой» или «Молитвослов православной женщины». Нет, святоотеческие творения нередко приобретаются, занимают свое место на книжных полках… Но далеко не всегда место на полке обеспечивает место в жизни и место в сердце. Даже среди читающих, стремящихся к познанию своей веры прихожан мало кто по-настоящему начитан в отцах. Наиболее ревностные знают «Лествицу», «Душеполезные поучения» преподобного аввы Дорофея, почитывают святителя Игнатия и святителя Феофана. Но обширнейшее море аскетической литературы остается и для них неисследованным, таинственным и… бесконечно далеким.

    И мне кажется, что это и симптом, очень печальный, и беда, крайне серьезная. О чем писали отцы-подвижники, чему учили? Писали о едином на потребу: о том, как найти дорогу к Царствию, сокровенному, по слову Спасителя, в нас. Учили, как преодолеть, победить все то, что идти по этой дороге мешает. Что есть важнее сего в жизни христианской? И христианская ли она, когда в ней это все отсутствует или хотя бы просто отходит на второй, на третий, на четвертый план?

    Не буду спорить: во многом это и наша, пастырская вина. Священник должен прививать своим чадам любовь к духовному чтению, учить их находить в этом чтении утешение, радость, а для этого он сам, в свою очередь, должен любить читать духовных авторов, хорошо знать их. Однако это по нынешним временам тоже редкость. Горько, но факт. А пускаться в одиночку в путешествие по миру аскетических творений — без совета, без руководства — тоже не всегда хорошо: требуется своя логика, своя постепенность. Ведь серьезная духовная книга — это пища, лекарство, которое нужно принимать в определенное время, в определенных условиях, в определенных дозах.

    И все же повторюсь: то, что и священники зачастую не весьма начитаны в святых отцах, не только и не столько вина, сколько симптом и беда. Я вижу, насколько непросто бывает убедить вчерашних школьников, сегодняшних семинаристов в том, что чтение святых отцов — самое важное и самое нужное.

    Задаю на четвертом курсе вопрос:

    — Кто ответит, что такое духовная жизнь и в чем она заключается?

    Ответы крайне неопределенные.

    Спрашиваю:

    — А святителя Феофана «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться» читали?

    Один или двое читали, а остальные смотрят на меня с обидой: чего это я их обличаю? Договариваемся, что прочтут. Многие договор выполняют, и о духовной жизни говорить становится проще — хотя бы уж говорить… Но в конце концов, это нормально: они учатся, и наша задача — помочь им уяснить, чему учиться в первую очередь.

    Бывает хуже. Тоже в семинарии, на экзамене у заочников, отвечает уже не первый год служащий на приходе священник, настоятель. Вопрос, как мне кажется, простой, но очень существенный: что посоветовать почитать человеку, который хочет узнать, как бороться со страстями и очищаться по благодати Божией от них?

    Священник думает. Долго и трудно.

    — «В помощь кающемуся», — наконец отвечает он.

    — Да?.. А еще?

    — Еще?

    — Ну, например, такого автора, как преподобный Иоанн Лествичник, знаете?

    — Конечно!

    — А что он написал?

    — …

    — Хорошо, а почему его Лествичником назвали?

    — По месту жительства.

    И даже еще хуже бывает. Помню крупного православного книготорговца, которого один очень точно подбирающий определения архимандрит, а ныне архиерей, называл «книгопрод`авцем». Называл в шутку, любя. А тот без шуток, совершенно всерьез, говоря о святых отцах, именовал их «эти товарищи»… С некоторой досадой именовал: «товарищи» не так хорошо расходились со склада, как хотелось бы. Кто-то из его сотрудников ворчал с еще большей досадой:

    — Да куда их издавать-то, кому они нужны!

    И правда, с коммерческой точки зрения абсурд: зачем издавать какого-нибудь Петра Дамаскина, когда можно календарь подготовить «Мысли о воспитании детей в православной семье на каждый день года»? Или сборник «Готовим вкусно и с молитвой».

    А не абсурд, когда это все говорит и так думает крещеный, верующий человек, который, к тому же, регулярно ходит в храм, исповедуется и причащается?

    Самый важный труд в жизни христианина — это труд над собственным сердцем. Он и самый мучительный. И первоначально — самый непонятный. Это своего рода искусство, художество, как называли его святые отцы. И требует научения — или непосредственного, от наставника, или по крайней мере через книгу, которая есть выражение опыта того или иного преуспевшего на стезе духовной брани подвижника. Наставники, опытные и искусные, редки. А в книгах недостатка нет, только читай.

    И пользу от этого чтения преувеличить трудно. Читая отцов, мы познаем законы борьбы со страстями, научаемся видеть их действие в себе, начинаем угадывать козни нечистых духов, злоухищряющихся обмануть, прельстить, погубить нас. Получаем утешение, успокоение, как после беседы со старым, бесконечно мудрым и добрым другом, и сами становимся мудрее и добрее. Благодаря этому чтению мы хотя бы ненадолго выныриваем из омута повседневных забот, дел, нужных, но увлекающих в суету, которая выматывает душу. Истрезвляемся, вспоминаем о Боге, об ответе перед Ним, о Суде и воздаянии. Душа оживает, и в ней раз за разом обновляется и укрепляется расположение и влечение к добру.

    Почему трудно это чтение, почему порой не хочется читать святых отцов — понять несложно. Их книги — словно зеркало, в котором мы видим себя без прикрас, такими, какие есть. Зрелище не всегда приятное, так что устает от него человек, от чтения устает, от труда над собой. И подчас бежит от отцов, как мальчишка от добрых, но требовательных учителей. Хотя требуют на самом деле не они, а наша собственная совесть. И это от нее мы бежим, когда закрываем книгу, ставим на полку и неуверенно обещаем — то ли себе, то ли святому автору: «Потом, в другой раз, попозже…».

    Как часто можно слышать: «Куда нам до святых! Мы никогда так жить не будем… Зачем нам об этом читать! Душу только травить…». В монастыре одном довелось мне даже как-то столкнуться с братом, который сетовал на то, что за трапезой какого-то «плачевного» святого отца читают:

    — Поесть хочется, а он все о плаче и о плаче… Не могу это слушать!

    Но нельзя нам бежать от совести и с отцами нельзя расставаться надолго. «С кем поведешься, от того и наберешься». Точно! А с кем нам по большей части водиться приходится? Пусть и с неплохими, может быть, людьми, но ведь с грешными, немощными, такими же, как мы. И грехов, и немощей от них набираемся, словно своих не хватает. А от кого святости так набраться, или не святости, а добрых расположений хотя бы, духа покаянного, сердца сокрушенного, как от святых отцов? Необходимо нам общение с ними — постоянное, полноценное, сердечное.

    Чтение святоотеческих творений должно быть регулярным, как чтение молитвенного правила и Священного Писания. В нем необходима также мера и зависящая от нашего духовного возраста правильная избирательность. На этот счет лучше, конечно, как я уже сказал, посоветоваться со священником, знающим жизнь и, до какой-то степени, внутреннее устроение обратившегося к нему человека. Но если такового нет, то общий принцип следующий: от более простого к более сложному, от книг о деятельной жизни к книгам о жизни созерцательной.

    Надо, впрочем, сделать очень важную оговорку. Нередко бывает так, что мы начинаем читать святых отцов, находим в этом вкус, чувствуем воодушевление, подъем, полны энтузиазма. Нам радостно, интересно… А потом вдруг все это пропадает, читать становится скучно, неохота и возникает ощущение, что все пишут об одном и том же и читай не читай… «Вдруг» — это когда мы читаем, а живем так же, как и прежде, когда не читали, ничего в нас не меняется. Это и в отношениях с духовником бывает: ходит человек на исповедь и ждет от священника «слова» — совета, наставления, даже откровения какого-то. И… и ничего из того, что слышит, не исполняет. А через какое-то время обязательно происходит такой диалог:

    — Батюшка, скажите мне что-нибудь.

    А батюшка уже все, что можно было, сказал. Несколько раз по кругу прошел — об одном и том же максимально разнообразно говоря. По преподобному Амвросию Оптинскому: «Ты гусям: “Тежа, тежа”, а они все те же, те же». И нечего ему больше сказать, кроме как: «Иди и трудись, внимая себе, чадо. Ты уже все знаешь».

    И чадо идет — искать нового духовника и совершать новые круги. А потом, пройдя уже не одного, не от одного отказавшись, уверяется: «Нечего священников слушать, никакой пользы нет, надо просто жить, как живется».

    То же и с чтением отцов происходит. Поэтому надо усвоить одно простое правило: читать святых отцов нужно делами. Как это? А примерно так. Читаешь немного, затем останавливаешься и говоришь себе:

    — Вот пишет этот святой отец… А как у меня в жизни с тем, о чем он пишет? В какой мере подвержен я сей страсти, насколько порабощен ею? Вот советует он, как с ней бороться. А я борюсь ли так? Нет? Что же мне мешает?

    И за таким размышлением должны следовать дела. Они могут быть очень несовершенными, могут быть неуспешными, но они должны быть! Тогда, при неисправности, родится по крайней мере сокрушение сердечное, которое будет ходатайствовать о милости к нам Божией, по слову псалма: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс. 50, 19), и не даст душе очерстветь. А пока не очерствела душа, пока сокрушенна и смиренна она, слова отеческие сеются в нее, словно семена в землю удобренную, плодоносную. И плод приносят во время свое. Точнее, мы приносим — по благодати Божией и по молитвам отцов.

    Игумен Нектарий (Морозов)
    Православие.ру

    Календарь

    Последние новости
    21.01.2020 В Новосибирске состоялся Кубок святого князя Александра Невского по практической стрельбе из пистолета
    21.01.2020 Как действовала секта "бога Кузи"
    20.01.2020 "Отцы". Специальный репортаж Саши Бублик
    20.01.2020 Протоиерей Александр Новопашин: Деструктивных зависимостей становится всё больше
    20.01.2020 В рамках проекта «Путь домой» руководитель Миссионерского отдела Новосибирской епархии посетил женскую колонию города Новосибирска
    20.01.2020 Представители Новосибирской епархии посетили областной наркологический диспансер
    19.01.2020 Святитель Игнатий (Брянчанинов). Поучение на Богоявление
    19.01.2020 Великое освящение воды - 2020

    Фильм МЕНЯ ЭТО НЕ КАСАЕТСЯ кинокомпании АКРОСТИХЪ

    Тайна ложных учений

    Православный миссионерский апологетический центр «Ставрос»